Ключевые партнёры музея:

Процив Михаил Иванович

Родился 14 июля 1918 г. в с. Вербица Жидачовского дистрикта Королевства Галиции и Лодомерии Австро-Венгрии. Украинец. Образование 3 класса.

С 1944 г. был связным в Организации Украинских националистов (ОУН), собирал для ОУН продукты и деньги. В 1950 г. сдался властям и после проверки, как добровольно явившийся с повинной и не принимавший участия в боевых действиях и других акциях ОУН, был освобожден от ответственности[1].

В 1951 г. был осужден по Указу ПВС СССР от 4 июня 1947 г. «Об уголовной ответственности за хищение государственного и общественного имущества»[2] к 8 годам лишения свободы[3]. Освобожден в 1954 г. в связи с тем, «что срок наказания на основании Указа от 27-го марта 1953 года «Об амнистии» был сокращен наполовину с зачислением рабочих дней»[4].

«В июне месяце 1961 года» брат М.И. Процива – Ф.И. Процив, отбывший прежде десятилетнее заключение за участие в ОУН, предложил группе товарищей устроить засаду и избить начальника колхозной фермы, пристававшего к работавшей на этой ферме жене М.И. Процива. Расправа не состоялась, так как кроме самого М.И. Процива, «вооруженного палкой» и одного из его друзей никто больше на назначенное место не пришел[5].

Но заведующий фермой оказался депутатом сельсовета и история получила дальнейшее развитие: «в декабре 1961 года Управлением КГБ при СМ УССР по Львовской области была разоблачена нелегальная антисоветская диверсионно-террористическая организация, которая действовала на территории Ходоровского района Львовской области»[6].

Арестован 8 декабря 1961 г. В постановлении о привлечении М.И. Процива в качестве обвиняемого от 18 декабря 1961 г. было записано: «в 1945 г.  вступил в банду ОУН, получил винтовку, и на протяжении 5 лет, действуя на территории Станиславской и бывш. Дрогобычской областей, вел вооруженную борьбу против Советской власти… в 1961 г. с целью активизации деятельности этой организации, провел нелегальное сборище на кладбище с. Вербица, на котором поставил задачу начать расправу над сельскими активистами и коммунистами. Тогда же был обсужден вопрос о вооружении участников организации»[7].

По делу проходило 7 человек. «На сходках, а также на других встречах участники антисоветской организации наметили и осуществляли подготовительную работу, чтоб совершить расправу над заведующим фермой колхоза им. Чапаева Рогатинского района Станиславской области Наявко С.М. , который является депутатом Сельского Совета и председателем постоянно действующей земельной комиссии Сельисполкома, приняли решение бросить боевую гранату в помещение во время проведения партийного собрания парторганизации колхоза имени ХХ11 съезда КПСС села Вербица, а также в хату председателя того же колхоза, члена КПСС Мулика, намеревались совершить убийство директора совхоза «Садки» Ходоровского района, члена КПСС Кана и директора школы, члена КПСС —  Лукашенко в связи с их общественной деятельностью; обсуждали вопрос о составлении списка сельских коммунистов с целью совершения над ними террористических актов в подходящий для этого момент; наметили конкретные планы проведения диверсий путем разрушения железных дорог, общего отравления колхозного скота и поджога зернохранилища. При этом, разрушение железных дорог с целью аварии поезда наметили совершить на Октябрьские праздники 1961 года, для чего распределили между собой обязанности, приобрели инструмент и взрывчатое вещество. По независящим от участников организации причинам, намеченные ими планы вражеской антисоветской деятельности не были доведены до конца»[8].

Разговор о засаде был определен следствием «сходкой», на которой М.И. Процив «выступил с речью антисоветского содержания и призвал соучастников упомянутого сборища к борьбе с советской властью путем совершения диверсионно- террористических актов на территории Львовской и Станиславской областей»[9].

Осужден 7 мая 1962 г. по ст.ст. 17-58 ч. 1 — «Ответственность за приготовление к преступлению и за покушение па преступление»-«Убийство государственного или общественного деятеля или представителя власти, совершенное в связи с его государственной или общественной деятельностью, с целью подрыва или ослабления Советской власти» УК УССР к лишению свободы на 15 лет, из них первых 5 лет с отбыванием в тюрьме и с конфискацией принадлежащего ему имущества[10].

Особая пометка на учетной карточке: «нац» — националист.

В обвинительном заключении и приговоре членам «антисоветской диверсионно-террористической организации» фигурируют распространение антисоветских листовок в 1944, 1948 и 1961 гг., нераскрытые прежде «поджоги» 1956 — 1958 гг., прослушивание «радиопередач «Голос Америки» и «Бибиси», намерения бежать за границу[11]. В качестве вещественных доказательств к делу были приобщены обнаруженные при обысках у членов «организации» три листовки, «взрывчатое вещество в бутылке», погон, пилотка, клише, обрез от охотничьего ружья и ствол от него, пистолет «Вальтер», сабля, два гаечных ключа, железный ломик и карманные часы»[12].

В обвинительном заключении, без каких-либо оснований было записано «на протяжении 6 лет находился в банде ОУН, был в боевке «СБ» (служба безопасности)»[13], а в приговоре — «при избрании меры наказания для Процив М.И. коллегия исходит из того, что он также является личностью общественно опасной, в 1944- 1950 годах находился в банде ОУН и проявлял в ней активную деятельность, принимал участие в арестах и расстрелах советских людей»[14], хотя ни участие в «боевке СБ» ни в «расстрелах советских людей» ему никогда нигде и никем не вменялось.

Брат М.И. Процива – Ф.И. Процив, объвленный в приговоре руководителем «антисоветско-диверсионно-террористической группы для борьбы с советской властью» был приговорен к расстрелу[15].

В Хронике текущих событий М.И. Процив ошибочно отнесен к проходившему во Львове в том же 1961 г. делу Украинского национального комитета (УНК)[16].

Заключение отбывал в тюрьме № 2 г. Владимира, в Мордовских политлагерях, в лагерях Пермь-35 и Пермь-36[17].

 

[1] УСБУ по Львовской области. Основной фонд прекращенных дел. Д. 55627. Т. 1, ЛЛ. 161, 189; Т.3. Л.31-34.

[2] По этому репрессивному Указу с 1947 по 1952 гг. было осуждено свыше полутора миллионов человек. За мелкую кражу, за которую по действовавшему в то время уголовному кодексу осуждали на максимальный срок до 1 года, по Указу приговаривали к 10 годам лагерей. —  Н. Верт. Террор и беспорядок. Сталинизм как система. М.: РОССПЭН, 2010. С. 364.

[3] Учетная карточка заключенного М.И. Процива; УСБУ по Львовской области. Основной фонд прекращенных дел. Д. 55627.  Т.10. Л.226.

[4] УСБУ по Львовской области. Основной фонд прекращенных дел. Д. 55627. Т.10. Л.226.

[5] Там же. Т. 3. ЛЛ. 45-46

[6] Там же. Т. 10. Л. 21.

[7] Там же. Т. 3. Л. 45.

[8] Там же. Т.10. ЛЛ. 21 – 21 об.

[9] Там же. Л. 228.

[10] Учетная карточка; Учетная картотека Управления Дубравного ИТЛ; УСБУ по Львовской области. Основной фонд прекращенных дел. Д. 55627. Т.10. Л. 232.

[11] УСБУ по Львовской области. Т.10. ЛЛ. 21 – 47; 226 – 233.

[12] Там же. Т. 10. Л. 233.

[13] Там же. Т. 10. ЛЛ. 23, 232.

[14] УСБУ по Львовской области. Т. 10. Л. 232.

[15] Там же. Т.10. Л. 231.

[16] ХТС 42/65.

[17] Учетная карточка; Списки заключенных лагерей Пермь-35 и Пермь-36; Учетная картотека Управления Дубравного ИТЛ.

Учетные карточки